Тимка у доктора
Ёжик Тимка пугает сестричку Лилю страшилками о враче, а потом сам идёт на осмотр и прививку к доктору Бобру.
- Немного страшно
Жил-был в Дубовой Роще ёжик Тимка. И жила с ним маленькая сестричка Лиля. Она уже умела ползать и хватала всё, что видела.
Тем утром Лиля подползла к Тимке — и ущипнула его за ушко!
— Ай! — пискнул Тимка. А через миг уже смеялся: — Да оно уже и не болит!
— Тимка, — сказала мама, — после завтрака пойдём к доктору Бобру. Он тебя осмотрит и сделает прививку.
Прививка — это укол. Тимка нахмурился. Укол — это игла. А какая она, эта игла? Тимка не знал, и от этого было ещё страшнее.
Мама завязала голубой фартук.
— Испеку-ка я пирог — на всякий случай.
Пока мама месила тесто, Тимка залез с Лилей под стол.
— Лиля, — зашептал он страшным голосом, — доктор Бобр огромный! Зубы у него — во! А игла — как палка! Как уколет — до вечера плакать будешь!
Лиля сделала круглые глазки. Губка у неё задрожала.
— Не-не! — пискнула она и поползла к маме быстро-быстро, так что чепчик съехал набок.
Тимке стало немного стыдно. А ещё немного страшно. Вдруг игла и правда как палка?
Лесная больница была в старом пне, с круглыми окошками и зелёным мхом на крыше. Доктор Бобр вышел навстречу: большой, каштановый, в белом халате.
— Добрый день, Тимка. Сначала посмотрим, как ты вырос.
Тимка встал у стены — ого, выше, чем весной! Потом забрался на весы — ого, тяжелее!
Доктор приложил к Тимкиной груди стетоскоп.
— Ой, холодный! — вздрогнул Тимка.
— Холодный, — согласился доктор. — Сейчас согреется. Дыши глубже. А теперь скажи «а-а-а».
— А-а-а-а! — сказал Тимка так громко, что доктор улыбнулся в усы.
— А теперь прививка. Она учит твоё тело узнавать болезнь. Если болезнь когда-нибудь придёт, тело скажет: «Я тебя знаю!» — и быстро прогонит её.
— А больно будет? — прошептал Тимка.
— Скажу честно: немного поболит. Как будто кто-то ущипнёт. А потом быстро пройдёт.
Но Тимка вспомнил свою иглу-палку. И — шурх! — свернулся клубочком. Одни колючки торчат.
Доктор Бобр не торопился. Сел рядом и ждал. Мама нашла между колючками Тимкину лапку и держала её.
Тимка выглянул одним глазом. Фыркнул носиком.
— Вдох, выдох — и вперёд!
Не очень помогло. Он вдохнул ещё раз. И ещё. И наконец подставил плечико.
Щип! — и всё.
— И всё? — удивился Тимка. — Это же как Лиля за ушко ущипнула!
Доктор наклеил ему пластырь-крестик.
— Ранка может денёк поныть. Ничего, так бывает.
Дома пахло яблочным пирогом. Тимка вбежал на кухню.
— Лиля! Смотри, у меня пластырь! Иголка маленькая, ущипнуло — и всё! Совсем не страшно!
Лиля глянула на пластырь — и спряталась маме за фартук.
— Не-не! — пискнула она.
— Да правда же! — сказал Тимка.
Но Лиля только крепче вцепилась в мамин фартук.
— На следующей неделе и Лиле к доктору, — тихо сказала мама и погладила малышку. — Ох и долго же мы будем её уговаривать.
Папа подвёл Тимку к дощечке роста на косяке.
— Где же мой карандаш?
Тимка показал на папино ухо. Папа провёл черту, а рядом нарисовал крошечный крестик-пластырь.
Плечико под пластырем немного ныло, как и говорил доктор. А из-за маминого фартука на Тимку смотрели два испуганных глазёнка.
Страшилку Тимка придумал за минутку. А чтобы Лиля снова ему поверила, минутки было мало.
