Тимка идёт в садик

Тем утром мама Тимки проснулась раньше всех и поставила в печь яблочный пирог.

— Испеку-ка я пирог — на всякий случай, — сказала она. Ведь сегодня Тимка впервые шёл в садик.

Тимка повязал красный шарфик, а на спину надел новенький рюкзачок. В рюкзачке лежали яблочко, орешки и кусок маминого пирога.

Садик «Жёлудь» стоял на солнечной поляне. Там пищали, смеялись и топали малыши. Тимка остановился и фыркнул носиком.

— Вдох, выдох — и вперёд! — шепнул он.

Но ножки не шли. Тимка вцепился в мамин фартук, и из глазок — кап-кап — покатились слёзы.

Навстречу вышла высокая серебристо-серая зайчиха в фиолетовой кофте. Она присела рядом с Тимкой, и её длинные уши склонились к самому его носику.

— Я тётушка Зайчиха, — тихо сказала она. — Я вижу, тебе грустно. Грустить можно.

Мама крепко-крепко обняла Тимку.

— Сейчас я пойду, Тимка. А приду за тобой после обеда и сна. Ты пообедаешь, поспишь — и я здесь.

— После обеда и сна, — повторил Тимка и шмыгнул носом.

Мама помахала ему от калитки, и Тимка помахал в ответ. Грустно было. Но он знал, когда придёт мама.

И тут мимо него — шмыг! — промчался рыжий лисёнок в полосатой футболке.

— Я первый! — крикнул он и прижался носом к окошку.

— Это Рыжик, — улыбнулась тётушка Зайчиха. — Он всегда первым бежит к окошку.

А под лавкой сидела крошечная серая мышка с ромашкой за ушком. Тимка её узнал: это же та самая мышка, которую он когда-то провожал с фонариком до норки!

— Крошка! А тебе страшно? — спросил Тимка.

— Самую капельку, — честно сказала мышка.

— И мне, — вздохнул Тимка. И обоим стало немного легче.

Они строили из шишек домик, лепили из песка пирожки. А Рыжик то и дело кричал «Я первый!» — и снова бежал к окошку.

— Хлоп-хлоп — все тут? — захлопала в лапы тётушка Зайчиха. — Пора обедать!

На обед были печёные яблочки и орехи. Тимка достал мамин пирог и поделил его на троих: себе, Крошке и Рыжику.

А потом пришло время сна. Малыши улеглись в кроватки. Только одна кроватка стояла пустая. Рыжик опять стоял у окошка. Тихо-тихо. И шмыгал носом.

— Ты чего? — подошёл Тимка.

— Маму высматриваю, — прошептал Рыжик. — Хочу первым её увидеть.

Вот почему он всё бегал к окошку! Рыжику тоже было грустно, только он никому об этом не говорил.

Тётушка Зайчиха услышала это шмыганье своими длинными ушами. Но Тимка успел первым.

— Мамы приходят после обеда и сна, — сказал он, совсем как мама. — Обед уже был. Остался только сон.

Рыжик подумал. Вытер нос. И лёг в кроватку рядом с Тимкой.

— Я первый засну! — шепнул он.

И правда заснул первым.

Проснулись малыши, а за окошком уже стоят мамы. Рыжик как подскочит:

— Я первый увидел!

А мама Тимки стояла у калитки именно тогда, когда и обещала: после обеда и сна. Тимка помчался к ней, и рюкзачок подпрыгивал у него за спиной — скок-скок.

Вечером папа поставил Тимку спинкой к дощечке на кухонном косяке.

— Где же мой карандаш? — пробормотал папа.

— За ухом! — засмеялся Тимка.

Папа провёл черту и нарисовал рядом маленький рюкзачок. Малышка Лиля пискнула у мамы на руках, будто тоже хотела рюкзачок.

— А завтра пойдёшь в садик? — спросила мама.

— Пойду, — кивнул Тимка. — Рыжик без меня не знает, когда приходят мамы.