Вавельский дракон

Давным-давно над широкой рекой Вислой князь Крак построил замок на высоком холме Вавель. Вокруг замка вырос город Краков: с рынком, пекарнями, кузницами и маленькой сапожной мастерской прямо под горой. Всё было бы хорошо, если бы не одно: в холме, в глубокой пещере над водой, жил дракон.

Ну и дракон же это был! Длиной в три телеги, покрытый зелёно-бурой чешуёй, с острым гребнем на спине и хвостом, который мёл землю, как метла. Как зевнёт — из пасти валит дым. Как чихнёт — по всему Кракову дребезжат ставни.

Каждое утро он выползал из своей пещеры, бухал хвостом по камням — бах! бах! — и ревел так, что рябью покрывалась Висла:

— Р-р-р-ра-а-а!

Это означало одно: «Завтрак!» Вот и приходилось людям каждый день пригонять к пещере трёх телят или трёх баранов. А не пригонишь — дракон сам шёл на пастбище, и тогда овцы разбегались кто куда, а пастухи прятались в копны сена, только ноги торчали.

Свои завтраки дракон никогда не жевал. Гам! — и глотал целиком. А потом долго пил из Вислы — хлюп, хлюп, хлюп, — потому что от собственного дыма у него всегда пересыхало в горле.

— Так мы скоро без единой овцы останемся, — вздыхали хозяйки.

— И без единого телёнка, — сетовали пастухи.

— И без единого пирога! — ворчал пекарь, ведь дракон ревел как раз тогда, когда в кадке подходило тесто, и тесто с перепугу садилось.

Князь Крак созвал своих рыцарей.

— Кто прогонит дракона, тому дам щедрую награду! — объявил он.

Первым поехал рыцарь в таких блестящих доспехах, что на него больно было смотреть. Дзинь-дзилинь, дзинь-дзилинь — звенели доспехи на каждом шагу.

— Эй, дракон! Выходи на бой! — крикнул он у пещеры.

Дракон высунул голову, увидел себя в блестящем нагруднике, удивлённо моргнул — и дунул. Пф-ф-ф! Чёрный дым окутал рыцаря с головы до пят. Конь фыркнул, крутанулся и понёс всадника обратно в город. Рыцарь вернулся чёрный, как трубочист, только зубы белели.

— Он на меня... чихнул, — прокашлял рыцарь.

Второй рыцарь взял копьё, длинное-предлинное.

— Я к нему и близко не подойду, — объяснил он. — Достану издалека!

Но дракон только щёлкнул зубами — хрусь! — и от копья остался куцый обломок древка, как раз кашу помешивать.

— Теперь у меня самое короткое копьё в Кракове, — грустно сказал рыцарь.

Третий рыцарь спрятался за щит, большой, как ворота в амбаре. Дракон лениво махнул хвостом — бам! — и щит улетел в Вислу. Плюх! А рыцарь так припустил домой, что потерял по дороге башмак.

Тем же вечером он приковылял в одном башмаке к сапожной мастерской под горой. Там при свече сидел сапожник Скуба — невысокий, усатый, в кожаном фартуке, с шилом за ухом. Тук-тук-тук — постукивал его молоточек.

— Сошьёшь мне новый башмак? — попросил рыцарь и покраснел. — Старый остался в драконьих кустах.

— Сошью, — кивнул Скуба. — А дракона, господин рыцарь, мечом не возьмёшь. Тут смекалка нужна.

Рыцарь рассмеялся:

— Смекалка! Может, ты его ещё и иголкой победишь?

Скуба ничего не ответил. Только взглянул на иголку в руке — и улыбнулся в усы.

Утром он пошёл в замок. Стоял перед князем, мял в руках шапку и стеснялся, потому что ещё никогда не бывал в таких высоких залах.

— Светлый князь, я не рыцарь, я сапожник, — сказал он тихо. — Но каждое утро я смотрю с порога, как дракон завтракает. Телят он не жуёт, глотает целиком. А потом долго пьёт из Вислы. Вот я и подумал...

И рассказал свой план.

Рыцари, стоявшие вокруг, переглянулись и захихикали:

— Сапожник против дракона! Вот так воин!

Но князь Крак поднял руку, и все замолчали.

— Мечи мы уже пробовали, — сказал он. — Попробуем иголку. Дайте сапожнику всё, что он попросит.

А попросил Скуба немногое: телячью шкуру, большой мешок серы — жёлтой, едкой, от которой аж в носу крутит, — и свечу на всю ночь.

Всю ночь в мастерской светилось окошко. Скуба набил шкуру серой плотно-плотно, чтобы ни крупинки не высыпалось. Потом зашил её такими мелкими стежками, что и вблизи не разглядишь. Пришил ушки, хвостик с кисточкой, а угольком нарисовал глазки.

— Му-у, — сказал он за телёнка, подмигнул сам себе и тихонько засмеялся.

На рассвете Скуба поставил «телёнка» возле самой пещеры. А весь Краков спрятался за стенами и выглядывал между зубцами: что же будет?

Из пещеры потянуло дымом. Зашуршала чешуя. Высунулась огромная голова. Дракон потянул носом воздух, увидел телёнка, облизнулся — и гам! Проглотил его целиком, как всегда, даже не жуя.

Минутку было тихо. А потом дракон моргнул раз, моргнул другой — и из его ноздрей вырвались жёлтые искры. Пф-ф! Пф-ф-ф! Сера в драконьем огне зашипела и обожгла так, будто он проглотил целую печь.

Дракон заревел и во всю прыть помчался к Висле. Сунул морду в воду — и давай пить. Хлюп-хлюп-хлюп! Пил и пил. Пил и пил. Вода в реке убывала и убывала. Рыбы удивлённо вытаращили глаза, лягушки расселись на голом песке и не знали, куда теперь прыгать. А дракон всё пил.

И всё раздувался. Сначала стал с бочку. Потом — с телегу. Потом — со стог сена. Потом — с целую хату! Лапы уже едва доставали до земли, а хвост задрался кверху, как у перепуганного кота.

— Сейчас что-то будет, — прошептал кто-то на стене.

И было.

БА-А-БАХ!

Над Вислой поднялось такое облако белого пара, что на миг закрыло и реку, и холм, и весь замок. Люди заткнули уши, куры в городе взлетели на заборы, а с пекаря слетел колпак.

Когда пар рассеялся, дракона уже не было. Ни головы, ни хвоста, ни гребня. Только пустая пещера, тихая река, которая понемногу снова наполнялась водой, и маленькое облачко пара, поплывшее по ветру куда-то далеко-далеко.

Ох и радовался же Краков! Звонили колокола, играли свирели, пастухи выгнали стада на луга и никого не боялись, а пекарь в тот же день испёк самый большой пирог в своей жизни.

Князь Крак позвал Скубу в замок и щедро его наградил: дал полный сундук серебра, новый дом с красной крышей и мастерскую такую просторную, что в ней поместились бы три старые.

— Мечи не справились, а иголка справилась, — сказал князь при всех рыцарях. — Спасибо тебе, мастер.

Скуба покраснел, поклонился и сказал:

— И вам спасибо, светлый князь. А теперь, с вашего позволения, я пойду. Я ведь одному рыцарю обещал башмак.

А драконья пещера есть и поныне. Она под Вавельским замком в Кракове и зовётся Смоча-Яма, потому что «смок» по-польски — это дракон. Туда можно спуститься по крутой лестнице и выйти прямо на берег Вислы, где когда-то дракон пил и пил, пока не исчез.